Мария Дроздова: внешний вид человека – это отражение его внутреннего мира

О нюансах работы фэшн-психолога и о том, какой психотип у Дональда Трампа и Моники Беллуччи.


— Мария, несколько месяцев назад мы с вами уже делали материал для нашего блога. И из него мы знаем о четырех основных психотипах: классик, романтик, драматик и естественный, а также о вариациях, в которых эти психотипы совмещаются в разных пропорциях. Позвольте мне вас процитировать: «И я могу понять по тому, как человек двигается и одевается, что именно он любит, основываясь на понимании его имиджевого психотипа. И, таким образом, можно вычислить, в чем он будет ходить, а в чем не будет. Какие предпочтения в одежде у него в целом». Скажите, к какому психотипу принадлежу я?

— Чтобы представить полную картину, следует провести комплексное тестирование, но по тем аксессуарам, которые вы носите, можно сказать, что у вас есть драматические нотки и, возможно, естественные. И тут уже надо тестировать, чего именно в вас больше: естественный драматик, это психотип, в котором больше драматика, или драматик естественный, где больше, соответственно, от естественного психотипа. Обычно на консультации я провожу такое тестирование, задается ряд вопросов, и тогда уже я понимаю конкретику, ведь по одному только внешнему виду, одному луку не всегда можно со стопроцентной точностью определить психотип.

— Получается, в моем случае, это точно уже не романтический и не классический психотип?
— Абсолютно точно! Это очевидно (смеется).

— В вашей работе, на мой взгляд, весьма уникальным образом соединяются и работа стилиста, и работа психолога. Обычно это что-то одно. Что у вас было первичным?
— Изначально у меня финансовое образование. Однако, на определенном этапе я почувствовала, что мне необходимо сменить профиль деятельности. Меня всегда очень интересовала психология. И в процессе моего образования мне удалось найти программу обучения, в рамках которой предлагалось изучение стилистики с упором на психологию. Именно такое сочетание: изучение стилистики, моды с точки зрения психологии – и такой подход мне показался очень привлекательным и перспективным. Как раз в его рамках давались эти четыре основных психотипа: классик, романтик, драматик и естественный, а также рассматривались различные варианты их сочетаний, где один психотип является доминирующим, а второй – дополнительным. И знания эти помогают мне не просто работать с людьми, не просто преображать их внешне, а на самом деле изменять их жизнь. Я помогаю людям меняться не только внешне, но и внутренне, что еще более важно: ведь внешний вид человека – это всегда отражение его внутреннего мира. Моя профессия называется фэшн-психолог.

— Как долго у вас проходило обучение в этой необычной сфере?
— Полтора года, в три этапа: базовое, повышение квалификации и затем продвинутая стадия. Дальше я училась в школе моды у известного, думаю, всем историка моды Александра Васильева. Он даже размещал у себя в Instagram мои работы – как работы его лучшей ученицы.


— Лучшая ученица Александра Васильева. Так будет корректно сказать?
— Да (смеется).  Немного стесняюсь этого, не очень, может быть, скромно, говорить о себе в данном случае. Да, действительно, он выставлял мои фотографии у себя, сделанные по его домашнему заданию, с соответствующим комментарием.

— А каковы ваши личные впечатления об Александре Васильеве?  
— Он очень интересно преподает. На своих занятиях Васильев дает очень интересную информацию. Мне, например, очень понравился его курс «Иконы стиля». Думаю, его надо расценивать в первую очередь именно как историка моды: у него имеются уникальные знания в этой области. Все-таки историк моды и стилист – это разные профессии. В рамках его курса можно узнать, какие стилистические предпочтения были у людей в прошлом, увидеть какие-то «изюминки» в их образах, в их стиле одежды. И тогда ты понимаешь, как это можно использовать сегодня в своей работе.

— Мария, после этого вы открыли, можно сказать, частную практику, занялись консалтингом в области стиля и психологии. Кто был вашим первым клиентом?
— Эта была мой косметолог.

— Как это было? Она пришла к вам и сказала: у меня есть такая проблема?
— Не вдаваясь в подробности, скажу, что в целом она просила моего содействия в том, чтобы понять, каким образом сочетать вещи, которые уже имелись в ее гардеробе. Ведь многие женщины не хотели бы тратить время на выбор наряда: открываешь утром шкаф – и берешь, не задумываясь. И голова не болит. В этом была ее задача, не проблема.

— Осталась ли она довольна вашими советами? Пригодились ли они?
— Да, она осталась довольна и уже после этого мы с ней несколько лет плотно сотрудничали. В целом, после первой консультации, у меня остается около восьмидесяти процентов моих клиентов. На каком-то этапе они могут обратиться к кому-то еще за рекомендациями, потом возвращаться. Это нормальная практика: каждой женщине хочется узнать что-то еще, что-то другое.  

— Как бы вы описали, что такое психотип в данном случае?
— Эти психотипы – классик, драматик, романтик и естественный – выражены в том, как мы воспринимаем одежду, как мы воспринимаем себя и что нам необходимо в стилистическом плане. Вообще, у каждого человека к семи годам формируется тот или иной психотип. То есть это происходит еще в детстве. Причем у детей их психотипы, их предпочтения выражаются, в силу их как раз детской непосредственности, более ярко, более четко. Еще не наложены различные социальные ограничения или мнения окружающих. В семь лет ребенок уже четко понимает: хочу это и не хочу то.


— Может ли психотип со временем измениться?
— Психотип, сформировавшись в детстве, уже не меняется. И очень страшно бывает, когда, например, у драматиков те или иные нормы социума ограничивают их естественную потребность быть яркими, необычными. Условно, драматик стал банковским служащим, а в этой сфере – совсем другие стандарты, и дресс-код, и поведенческие. И такие люди приходят ко мне энергетически совершенно опустошенными. Их нужно, я бы сказала, психологически реанимировать. Особенно это относится как раз к психотипу драматиков.

— Итак, у нас есть: драматики, классики, естественные и романтики. И каждый из них имеет полутона, скажем, могут быть комбинации естественный драматик или классический романтик?
— Верно. В чистом виде психотипы практически не встречаются. Всегда есть нюансы. И пропорции внутри психотипа также варьируются: в классическом романтике может больше или меньше основы, романтизма. Соответственно, больше или меньше вторичного слоя, склонности к классическому стилю одежды.

— Давайте сыграем в игру: я назову несколько всемирно известных людей, и мы попробуем определить их психотипы. Итак, Дэвид Бекхэм. К какому основному психотипу относится, на ваш взгляд?
— Он драматик. Думаю, с учетом его стилистики, он – естественный драматик.

— Отлично. А Моника Беллуччи?
— Моника Беллуччи… Конечно, драматик!

— Что-то у меня одни драматики получаются…
— Видно, это потому, что вы сам – драматик (смеется). Вообще, большинство ярких, необычных людей – именно драматики в той или иной степени по складу своего ума.  

— Хорошо. Дональд Трамп. Только не говорите, что он тоже – драматик. Ведь он любит броские, ярко-красные галстуки.
— О Трампе очень сложно судить, потому что мы видим его в основном в официальной, деловой обстановке. Я никогда не видела его в ситуациях обычной жизни. Думаю, в нем есть классическая составляющая. Например, он привык к одному типу прически, и не меняет ее уже десятки лет. Ему неважно, модно это или немодно: это его выбор. Вот как раз по этому критерию можно сказать, что в нем, безусловно, есть многое от классика. И, возможно, есть и драматическая составляющая, об этом говорят его характер, его темперамент, то, как он ведет себя во время своих публичных выступлений, во время общения. За это говорит, например, его использование крема для загара, видимо, он очень часто посещает солярий, скажем так, этого всего в нем слишком много, too much. Это – драматическая составляющая. Можно сказать, дистанционно, из того, что мы знаем, что Трамп – классический драматик.

— Интересно… Скажите, каким образом вам удалось выстроить из вашей консалтинговой практики постоянную историю, я имею в виду, постоянную деловую историю, то есть добиться того, что у вас стало много клиентов – и из их числа много постоянных клиентов?
—  Во многом это формируется за счет «сарафанного радио». Сколько себя не рекламируй, клиенты приходят ко мне в основном по рекомендациям людей, с которыми я уже работала. Такую клиентскую базу мне удалось наработать в первые три года моей практики. По-другому попросту не бывает: это не то, что вы оканчиваете курсы стилиста и через два месяца от клиентов нет отбоя. Здесь надо нарабатывать репутацию. Поэтому в моем случае все передавалось из уст в уста. Кроме того, мне еще помогло то, что до начала моей работы стилистом я сотрудничала в известном в Нижнем Новгороде глянцевом журнале, была там редактором модного блога.

.

— Мария, по вашему основному роду деятельности вы – фэшн-психолог. А каким образом вы начали работать в качестве модного эксперта на Shopping Live?
— В этом – заслуга социальных сетей, мне написали с телеканала в Facebook. Сама я не обращалась на Shopping Live: сообщение о потенциальном сотрудничестве с каналом стало для меня полной неожиданностью. Честно говоря, я даже не знала о существовании Shopping Live, о том, что это – ведущий телешопинговый канал в России. При этом мне всегда хотелось работать на телевидении. В Нижнем Новгороде у меня уже был опыт работы на ТВ в сфере моды.

— Экспертом каким модных брендов на Shopping Live вы сейчас являетесь?
— Bluebeery и L.Credi. Марка Bluebeery — это качественный, добротный классический бренд, соответственно, его предпочитают в основном женщины классического психотипа. При этом в коллекциях Bluebeery присутствуют и драматические, и романтические нотки. И драматических ноток здесь больше, что выражено, например, в ярких сочетаниях цветов. Это немецкий бренд – а немецкие лекала по своему фасону всегда прекрасно подходят российским женщинам. В этом, в частности, их несомненный плюс, это удобно при примерке, это всегда радует. Скажем, итальянские бренды «маломерят», но чуть-чуть. А вот наши, российские дизайнеры, видимо, в большинстве своем, заказывают свои лекала у китайцев или корейцев, и тогда, словно по мановению волшебной палочки, маркировка M переходит у них из 46-го в 44-й размер. Поэтому, если вы до 46-го размера, то с российскими дизайнерами у вас не будет особых проблем, а вот, если больше, то придется уже очень сильно постараться, чтобы что-то найти. Либо шить на заказ.

— Некоторое время назад Соня Кауб, представитель бренда L.Credi, также дала интервью в блог, как раз для рубрики «Наши звезды». И она, в частности, рассказала об имеющемся мировом тренде, о том, почему сумки из искусственной кожи становятся все более и более востребованными. Как бы вы объяснили эту популярность, со своей точки зрения?
— Экокожа – это очень практично с точки зрения того, что наш, российский потребитель не всегда понимает, что такое истинная натуральная кожа. На настоящей натуральной коже практически всегда имеются потертости и даже царапины: на нее очень мало нанесено искусственных красителей и защитных слоев. В силу этого многим кажется, что это – какая-то старая сумка, с дефектами даже. А ведь все эти потертости и царапины – это признак настоящей кожи.  

— Соня говорила, что такие «дефекты» — как раз признак настоящей кожи, это может быть сумка вашей бабушки, семейная реликвия, которая передается из поколения в поколение…
— Да – и при этом не каждый российский покупатель это понимает. Когда я начала работать с брендом L.Credi, мне приходилось изучать много материалов касательно того, как представлять нашему российскому потребителю сумки из экокожи. И в процессе подготовки выяснился удивительный факт: на мировом рынке сумок из настоящей натуральной кожи – всего два процента изделий.

— А что же тогда все остальное?
— А остальное – это когда берется основа из натуральной кожи и на нее наносится множество различных полимерных составляющих. И такой состав уже не будет корректным назвать истинной натуральной кожей. И подобные сумки – гораздо практичнее с точки зрения внешнего вида: благодаря основе из хлопчатобумажной ткани такая сумка не рвется, не трескается и не тянется. Кроме того, сегодня во всем мире в тренде – мода на яркие, необычные цвета. Соответственно, нанести краситель на натуральную кожу таким образом, как на искусственную, практически невозможно. В этом – несомненное визуальное преимущество экокожи. Кроме того, ныне визуально отличить качественную экокожу от натуральной – тоже практически невозможно. Можно отличить только по запаху. Наконец, что еще помогает экокоже: сейчас нет тренда на долговечность – мода и модные вещи меняются достаточно быстро. А долговечность – это как раз преимущество натуральной кожи. Эпоха сменилась, век вещей – любых вещей – стал гораздо короче.

Звездный блиц:

— Ваш любимый цвет?
— Насыщенно-голубой.

— Любимый модный дизайнер?
— Очень люблю бренд Max Mara. И сейчас еще нравится Hugo Boss.

— Есть ли у вас любимый актер?
— На данный момент нет, но в юности мне очень нравился Антонио Бандерас.

— Ваш идеальный отпуск?
— Море. Возможность побыть одной. И возможность отоспаться.

— Как бы вы описали себя одним словом?
— Волшебница.

Текст: Сергей Пашкевич

Фото: Александр Знак

Отправить ответ